Альфа УСБ. Агентство безопасности
Альфа УСБ
частная охранная организация

Российские частные компнании обеспечать защиту иностранных инвестиций

17.02.2010

О необходимости создания благоприятных условий для привлечения иностранных инвесторов с целью укрепления, развития и диверсификации направлений экономики России говорят давно. Около полугода назад Президент Дмитрий Медведев настоятельно рекомендовал обратить особое внимание на эту проблему. В конце января о появлении в Правительстве России первого вице-премьера, непосредственно курирующего привлечение иностранных инвесторов (им стал Игорь Шувалов), объявил премьер Владимир Путин. Поделиться своими взглядами на проблему привлечения, защиты и поддержки иностранных инвесторов, а также рассказать о новых программах сопровождения бизнеса «Политком.ру» пригласил директора Института Позитивного Развития Якова Резго и его заместителя Анну Любофееву.

- С какими проблемами чаще всего сталкивается иностранный инвестор?

Яков Резго: - Проблема для любого иностранного инвестора, который здесь открывает свое производство, это наша юридическая система - суды, арбитраж, судебное исполнение – а также проблемы, связанные с продвижением своего бизнеса в России, с административными барьерами, которые неизбежно возникают на этом пути. В настоящий момент на уровне правительства создается механизм, который будет обеспечивать защиту иностранных инвестиций. Существует масса проблем, начиная от административного давления, в том числе, с участием правоохранительных, надзорных или силовых органов. Мне кажется, что для любого иностранного инвестора, было бы лучше, чтобы правительство не вмешивалось в бизнес-процессы, обеспечивая понятные и прозрачные правила игры. Но в условиях современной России необходим определенный протекторат со стороны государства. Ранее я предлагал формировать подобные институты на уровне Торгово-промышленной палаты. Думаю, что на уровне правительства это будет еще лучше, но у нас все хорошие идеи имеют тенденцию потом, в процессе работы, быть извращены до неузнаваемости. Поэтому сама идея очень хорошая, сама концепция, и теперь вопрос ее исполнения в жизни. Если это будет еще один дополнительный препон, дополнительный орган, в который надо будет обращаться, чтобы решить те или иные проблемы, это одно. А если это будет орган, который будет сам приходить и пытаться помогать ненавязчиво таким структурам, как мы, или инвесторам, это другое.

- Может быть, на уровне правительства должны начать понимать, что бизнес склонен больше доверять частным институтам, и они гораздо эффективнее смогут выстраивать отношения между собой? И в этом случае, правительству лучше будет действовать через частного посредника?

Яков Резго: - Вы правильно поняли, что частный капитал пока еще у нас государству доверяет в последнюю очередь и больше идет на контакт с теми частными организациями, которые имеют чисто коммерческий, бизнес-интерес, без всякой политической подоплеки. Вмешательство государства часто пугает, тем более что каких-то конкретных форм взаимодействия пока не выработано. Другое дело, что в данной ситуации эта проблема носит стратегический характер для нашей страны. От этого зависят многие, скажем так, политические решения и тенденции. Поэтому государство не должно оставаться в стороне от решения этих важнейших вопросов. Но главное, чтобы не получилось так, что это чисто инструмент, созданный для помощи только каким-то крупным инвесторам. Вопросы стратегии не должны убить саму идею создания открытой экономики, с равными и ясными правилами игры для всех.

- Иными словами, здесь надо, прежде всего, избежать тенденциозности. И создать условия, привлекательные и для компаний меньшего калибра.

Яков Резго: - Абсолютно верно. Самый основной приток инвестиций приходит от среднего бизнеса. Потому что крупный бизнес – это в основном сырьевой бизнес, бизнес переработки и крупные корпорации. Они не дают здесь рабочих мест на долгосрочной основе, которые принесет средний бизнес, который будет завязан, например, не на добычу нефти и полезных ископаемых, а, может быть, даже инновационный бизнес. В частности, бизнес, связанный с новыми технологиями. В принципе, лучше было бы, если бы сюда пришли именно технологии, которые могли бы служить России здесь, уже на наших производствах, это было бы гораздо полезнее. Но вопрос: будет ли кто-то озадачиваться таким вопросом или ограничатся просто принципом быстрой прибыльности? Потому что на первом этапе инновации, передовые технологии - это не так прибыльно, как сырьевой бизнес и бизнес в сфере крупной промышленности. Он дает отдачу сразу, а технологии – это уже инвестиции в будущее.

- Как Вам кажется, насколько серьезным вызовом для российского трудового рынка станет приток в Россию компаний вот такого среднего уровня? Какие проблемы могут у них возникнуть с точки зрения менеджмента, управления, может быть, понимания российской специфики?

Анна Любофеева: - Для «новичков» на российском рынке все начинается с «трудностей перевода», с понимания специфики российского бизнеса. Крупные компании, которые здесь работают уже давно, наверное, в меньшей степени сталкиваются с этими проблемами. Компании же, которые приходят сюда впервые, прежде всего небольшие компании, проходят весь путь, начиная с самых базовых проблем. Например, проблема с персоналом, проблема с кадрами. Знаете, ведь в России менеджеров высшего и среднего звена, подготовленных для ведения здесь бизнеса очень мало или практически нет вовсе. Например, средние менеджеры, работающие в крупных иностранных компаниях, их так мало, что их знают в лицо, они поименно известны в своих отраслях на рынке. А компании, которые пришли в Россию впервые, столкнутся с тем, что широкого выбора специалистов, как это есть на западе, у нас для них нет.

- Допустим, будут великолепные кадры, является ли это достаточным условием для работы на российском рынке? Какие еще, кроме кадров, с точки зрения управления бизнес-процессами, возникают проблемы, трудности у иностранных инвесторов? Ну, кадры – это ключевой момент. Может быть, особенности национального рынка? Или в России какая-то бухгалтерия нестандартная, не европейского образца…

Анна Любофеева: - Ну, в том числе, да. Но кадры - если это не ключевая, то одна из ключевых проблем. Кадры как внутри самой компании, так и кадры организаций-партнеров, которые работают друг с другом на рынке. Потому что важно найти партнеров, которые, например, смогут грамотно, по всем правилам, «по науке» продвигать здесь продукт. И иностранные компании чаще всего на пути подбора персонала вынуждены двигаться «вслепую», методом проб и ошибок.

- Этот путь затратный?

Анна Любофеева: - Он очень затратный. Я начала говорить о взаимоотношениях с партнерами. Для компании, работающей здесь в России, очень сложно найти хорошего партнера, который оказывал бы те услуги, которые ей действительно необходимы. Проходит довольно много времени, прежде чем компания понимает, что услуги, предоставляемые компанией-партнером, не соответствуют ожиданиям. И за это время оказывается, что понесены значительные потери, совершенно ненужные издержки. Выражаясь конкретно - вместо того, чтобы ряд услуг получать через аутсорсинг, компания использует свои внутренние ресурсы, расширяет штат сотрудников, и за счет этого ресурсы используются неэффективно.

- И при этом эти «внутренние ресурсы» еще и недостаточно знакомы с реальными условиями нашего рынка?

Анна Любофеева: - Да, чаще всего это так. Институт позитивного развития предоставляет целый комплекс услуг по продвижению и всестороннему сопровождению бизнеса в России. В том, что касается маркетинга, мы готовы предоставлять услуги, которые являются для российского рынка уникальными. Исследования, которые применяются за рубежом, но которые в России, как правило, не используются.

- То есть, у вас есть собственные разработанные программы, апробированные именно на российском рынке?

Анна Любофеева: - Совершенно точно, у нас есть разработанные и полностью готовые к применению программы, исследования, которые мы готовы адаптировать при необходимости к потребности именно той компании, с которой работаем. Это касается, например, наших медиаисследований, это как статистические, количественные, так и качественные исследования относительно присутствия того или иного бренда на российском рынке. Исследования присутствия бренда в средствах массовой информации, причем с глубоким «погружением» в регионы - наша база позволяет изучать даже такие региональные СМИ, которые не имеют собственных сайтов, не представлены в «Яндексе», одним словом, работающие непосредственно в регионе и на его нужды. Значение информации, полученной в результате подобных исследований, иногда полностью меняет представление о действительной позиции бренда в стране. На основе таких исследований мы и вырабатываем действенные рекомендации по усилению этих позиций.

- Стандартными для российского рынка, предлагаемыми на нем исследовательскими услугами, являются, как правило, исследования количественные. Вы говорите о том, что ИПР может предложить и качественные исследования?

Анна Любофеева: - В частности, по качественным исследованиям. Это фокус-группы, глубинные интервью, которые позволяют глубже понять мотивы потребителя и его предпочтения, ожидания, связанные с продуктом со стороны потенциальных потребителей. Мы практикуем нестандартные техники, достаточно известные на Западе, но, тем не менее, не очень отработанные в России. Преимуществом нашей фирмы является также и то, что у нас достаточно широкая экспертная база - порядка 140 экспертов в разных регионах, и мы можем оперативно подстроиться под конкретные интересы заказчика, то есть, провести оперативное исследование непосредственно на месте, в конкретных регионах. Техники, которые позволяют эффективно и нестандартно исследовать, что же происходит на уровне потребительских представлений. Это, в частности, проективные методики, широко распространенные на Западе, использование принципа свободных ассоциаций, психорисунки, фантастические ситуации, где проводится своеобразная игра с потребителем. Люди описывают, например, идеальные формы и свои личные ассоциации, связанные с данной конкретной компанией, с брендом. Мы ведем исследования на уровне изучения невербальных форм восприятия и нестандартных ситуаций, рассматриваем подсознательные реакции. Это очень подробные исследования.

- Мы говорили о том, что компании используют собственный ресурс и несут при этом временные и финансовые потери. Какие есть характерные ошибки, когда они сами берутся за эту работу? У них что, нет собственных профессионалов?

Анна Любофеева: - Здесь дело в самом подходе. Могу пояснить это на конкретном примере. Возьмем ситуацию с работой «горячих линий», колл-центров. Что происходит? Как правило, у крупной компании или средней компании, да практически любой компании на рынке есть так называемая «горячая линия», или колл-центр, на которую принимаются любые обращения клиентов и потребителей, связанные с продукцией, продажами, производством, в том числе, претензии потребителей, обращения недовольных потребителей и так далее. Обычная практика – обращения по разным тематикам записывают и дальше размещают их по разным департаментам. Например, обращения потребителей, связанные с продажами, уходят в департамент продаж, связанные с сервисом – в отдел послепродажного обслуживания, что-то связанное с маркетингом – в маркетинг и так далее. Таким образом, общая картина размывается. То есть, у компании нет контроля, нет анализа общего отношения потребителей к компании. Компания не отслеживает и не анализирует тенденции, связанные с обращениями потребителей. На обращение могут ответить, но аналитической работы нет, задача департамента – ликвидировать создавшуюся проблему. А дальше ничего не происходит. Иными словами, компания не анализирует тренды, не анализирует всю динамику и не имеет точного представления о том, что, в конечном счете, происходит с отношением потребителей к компании.

Второй аспект, с этим связанный, еще более опасен - это негативные обращения потребителей на «горячую линию». Компания в какой-то момент может потерять контроль. Потому что, опять же, эти обращения раскидываются по разным отделам. Обращения, связанные, например, с работой дилерской сети, негативные отзывы потребителей касательно какого-либо дилера, могут быть зачастую не отслежены сотрудниками компании, потому что они не смотрят их в динамике. Как правило, такая коммуникация и внимание к конечному потребителю заканчивается на уровне обращения потребителя. Эта тема вообще достаточно закрытая, она редко выплескивается в публичное пространство.

- То есть, системной картины из массива информации от колл-центра не получается?

Анна Любофеева: - Да, не получается системной картины, теряется контроль, что может иметь очень негативные последствия. Как на уровне одного клиента, который просто не купил продукт этой компании, а может быть и глобально, на уровне дилера, у которого критическая финансовая ситуация, который, обманул потребителей, обманул компанию – эту ситуацию можно было бы отследить на начальном уровне, а не в тот момент, когда уже произошло какое-то по-настоящему негативное событие, отрицательно повлиявшее на репутацию компании, на отношение к ней потребителей.

Яков Резго: - Я бы добавил, что «Горячая линия» - это действенный инструмент, «секретное оружие» в руках крупных корпораций, которое они зачастую просто не используют даже на 10-15% от того, что из него можно было бы извлекать при умелом подходе.

- Кроме исследований, существует ли какой-то оперативный уровень реагирования на проблемы, скажем, с теми же недобросовестными дилерами, выявленными через обращения на «горячую линию»? Я знаю, по ситуации на российском рынке, сплошь и рядом компании сталкиваются с проблемами недобросовестного партнерства. Тем более, когда кризис вызвал обострение всех реакций. Игра стала «злее». Есть ли в вашем арсенале методики, способные оперативно реагировать на вызовы или угрозы, которые идут из регионов? Наверно ведь, рынок заинтересован не только в бизнесе московском, а и общероссийском.

Яков Резго: - Безусловно, да. Со временем бизнес все больше и больше интересуют регионы, и они пытаются максимально расширять свое присутствие там, невзирая на те риски, которые, к сожалению, часто срабатывают и потом не возвращаются. Наша программа едина и универсальна, она подразумевает, помимо мониторинга, и другую часть, - оперативное реагирование на отдельные проблемы, которые возникают у наших партнеров. Мы готовы, например, вплоть до любого региона Российской Федерации, представлять интересы наших клиентов в любых органах власти. То есть - на основании доверенности наши специалисты выезжают на место, где создалась проблема, и на месте ее решают. У нас в штате есть юристы, есть специалисты по экономической безопасности, хорошо знакомые с типичными проблемами, знающие как их решать. Они выполняют свою работу и дают необходимые инструкции собственникам бизнеса, как повести себя правильно в той или иной ситуации. Отсюда вытекает эффективность нашей работы в целом. Помимо того, что мы выявляем, мы даем рекомендации. А уж дальше заказчик сам решает - либо он задействует наш ресурс, либо пытается действовать самостоятельно. Но, как правило, они прибегают к нашей помощи, потому что таких специалистов, как в штате нашей компании, нет.

- Давайте попробуем обобщить все направления вашей работы. С какими проблемами работает Институт Позитивного Развития, какие услуги он предоставляет своим заказчикам?

Анна Любофеева: - Институт Позитивного Развития предлагает услуги в двух основных направлениях. Первое – это направление внутренней и внешней безопасности компаний. И второе – это услуги, связанные с первым направлением. Услуги по маркетинговым исследованиям. В первой части предложения - прежде всего комплексная проверка и аудит контрагентов. Это мониторинг неофициальных каналов продаж. Имеются в виду помощь компании в выявлении и ликвидации неофициальных каналов продаж и сервиса. Для автомобильных компаний, например - это несертифицированные дилеры, наносящие серьезный финансовый и имиджевый урон компании и тем дилерам, которые инвестировали достаточно средств, чтобы открыть дилерские центры, соответствующие стандартам производителя.

- С какими еще иностранными инвесторами, кроме автомобильных компаний, приходится работать?

Анна Любофеева: - Мы готовы предоставлять услуги компании любого уровня, в любом регионе России. Как мы уже сказали, наши программы универсальны, они не заточены под какую-то определенную сферу бизнеса, а могут быть адаптированы и применимы к любому направлению деятельности.

Яков Резго: - Лизинговые компании, производители, транспортники… там, где в схеме присутствует момент, когда происходит либо отсрочка платежа, либо поставка товара в кредит, в лизинг. Любая западная компания, ориентированная на потребителя. Не то, что западная, любая иностранная. Да и российская, дело не стране происхождения. Крупные российские компании-производители сталкиваются с такими же абсолютно проблемами. Они также создают свою дилерскую сеть, их представители так же получают вал проблем в регионах. Мы в своей работе строим систему, которая позволяет осуществлять сопровождение компании во всех сферах ее деятельности.

Когда в Россию проходят иностранные компании, что им нужно? Первое: нужен офис, производственная база. Второе: это степень безопасности бизнеса и желание его расширить. Третье: нужен качественный консалтинг при сопровождении бизнеса. Исходя из этого, мы пришли к выводу, что все эти направления должны предоставлять заказчику. Чтобы заказчик получал качественные услуги в любом из этих направлений, с гарантиями качества. И мы эти гарантии предоставить сможем, при условии, что будем расширять свою деятельность, и каждым из указанных направлений будут заниматься уже отдельные подразделения.

В связи с этим, нами принято решение о создании холдинга - группы компаний, в состав которой войдут наиболее важные направления для инвесторов. Новый бренд под названием Genesis Group будет выведен на рынок в ближайшее время.

- Вы нашли какое-то взаимопонимание с государственными структурами? Многие из вещей, о которых вы говорите, допустим, преодолеть административные барьеры, или проблемы, возникающие в судах - без взаимопонимания с государством тут справиться трудно. Вы с государством партнеры в этих вопросах?

Яков Резго: - Мы надеемся на это и всегда стремимся к такому партнерству. Основная наша задача заключается в том, чтобы привести происходящее на нашем рынке в цивилизованные рамки, создать атмосферу законности, которая неизбежно притягивает инвестора. Без участия и партнерства государства здесь просто невозможно. Другая проблема в том, что представители государства временами на местах ведут себя не очень адекватно, это вторая часть вопроса. Но, опять-таки, здесь мы стараемся сделать так, чтобы найти правильное решение в правовом поле.

- Насколько распространена проблема судебных процессов, часто ли иностранным компаниям приходится судиться в регионах?

Яков Резго: - Это постоянный непрекращающийся процесс, и притом не только у иностранных компаний, но и у российских. Крупная лизинговая российская компания имеет в среднем от 10 до 100 судов в месяц в зависимости от специфики вида деятельности. Это я имею в виду только российскую компанию. Соответствующим образом это выливается в то, что не построена правильная схема отношения между лизингом и получателем. Часто бывают случаи, когда товар уходит туда, где он плохо обеспечен залоговыми обязательствами. Это выливается в суды, споры, разборки.

- Я правильно понимаю, что отличительной особенностью вашей компании является ее возможность работать в регионах, способствовать расширению деятельности там иностранных компаний, выстроить для них надежный «щит» на местах?

Яков Резго: - Главное то, что мы не боимся работать в регионах. Это очень на самом деле важно, потому что не каждая компания возьмет на себя смелость отправлять своих сотрудников в командировку в какой-либо регион решать там спорные вопросы. А мы на это идем. И практика показала, что мы можем работать успешно. Пример. Компания работала с несколькими крупными, заметными на рынке игроками в транспортной сфере, и выяснилось, что есть проблема с контрагентами, связанная в основном с финансовым кризисом. Проще говоря, контрагенты начали скрывать некоторые данные о своем финансовом положении, стали проводить некоторые операции в кредитной сфере. Мы сделали вовремя финансовый анализ состояния контрагента, и помогли предупредить возможные финансовые потери. Надо отметить, что помогли без каких-либо методов нажима на контрагента, часто наши специалисты достигают положительного результата только за счет своего опыта, за счет грамотных менеджерских решений. За счет квалифицированной, компетентной работы мы иногда можем предупредить и те проблемы, которые даже еще не возникли.

- Известно, что довольно распространена сейчас ситуация, при которой компании теряют свою собственность из-за того, что их контрагенты, их дилеры используют переданный им товар или объекты в качестве залога при кредитовании. Насколько вообще компании осведомлены о том, что происходит с такой их собственностью?

Яков Резго: - Практически не осведомлены. Только когда изымается какая-то часть залога, тогда они узнают.

- И здесь вы тоже можете оказать им помощь?

Яков Резго: - Мы можем только проанализировать ситуацию, довести до сведения руководства компании, что у нас есть опасения или подозрения, что то или иное имущество используется в виде залога. Это информация не открытая, поэтому нам приходится данное представление получать сразу из нескольких источников. Из этого складывается общая картина. Это одна из основных проблем, поскольку часто имущество дается партнером или на условиях отсрочки платежа, или по реализации. А случается при этом так, что имущество продается, деньги пускаются в оборот для собственного назначения или же просто закладывается имущество компании – берется кредит, и деньги используются на свои нужды. Причем доходит это все до пострадавших только в том случае, когда процесс становится уже неуправляемым.

Мы рекомендуем всем серьезным компаниям, которые работают с отсрочкой платежа или по лизинговым схемам проводить аудит своих контрагентов еще до начала работы с ними. Или, по крайней мере, хотя бы в процессе работы, а не ждать, пока процесс станет неуправляемым и придется искать коллекторское агентство, которое как минимум заберет себе 50%, да еще и неизвестно, чем вообще дело закончится.

Кстати, мы тоже занимаемся проблемами взыскания задолженностей, но мы это делаем не так, как это делают коллекторские агентства и совершенно на других условиях. Во-первых, коллекторские агентства – до сих пор их деятельность никак не регламентируется у нас в стране. Методы, которые они используют, чаще всего тоже незаконны. Более того, они могут нанести вред бренду и имиджу, деловой репутации компании. Это очень важно, поскольку если это какой-то крупный импортер, и коллекторское агентство начинает работать, применяя разные порой полукриминальные методы, то, соответственно, в умах потребителей бренд теряет привлекательность и приобретает несколько криминальный оттенок.

Анна Любофеева: - Чтобы обобщить все сказанное – наша деятельность, наши методики разработаны на основе реального опыта работы, на основе ясного представления о реалиях российского рынка – иногда довольно печальных реалиях. К настоящему моменту мы постарались учесть все те запросы, которые неизбежно возникнут у каждой компании, которая всерьез и надолго рассчитывает прийти на наш рынок.

Беседовал Анатолий Медведев


Источник:  Информационный сайт политических комментариев "Политком.RU"
Ссылка на источник:  http://www.politcom.ru/9634.html

Возврат к списку